Решением бойкотировать референдум анти-Киртоакэ, предстоящий 19 ноября, проевропейские партии совершили серьезную двойную тактическую ошибку, которая очень дорого может обойтись в будущем. Во-первых, они создали оптимальные условия для того, чтобы примэрия и ее огромные ресурсы остались в руках ДПМ, и во-вторых, косвенно этим признали, что угроза прихода к власти социалистов больше угрозы, которой является нынешняя власть. А это, в свою очередь, наводит нас на некоторые выводы в связи с поведением проевропейской оппозиции после парламентских выборов, когда ей пидется выбирать между коалицией с демократами или социалистами.

С самого начала уточню, что правоцентристская проевропейская оппозиция дала себя втянуть в чужую игру, в которой на кону только интересы социалистов и демократов. Социалисты заинтересованы в устранении Дорина Киртоакэ и в продвижении своего кандидата на должность столичного примара, а демократам нужно, чтобы референдум анти-Киртоакэ провалился, и чтобы они и впредь сохранили контроль над столичной примэрией. В свою очередь, правоцентристская проевропейская оппозиция заинтересована в том, чтобы референдум состоялся, чтобы Киртоакэ был отстранен от должности, и чтобы их представитель возглавил столицу после местных выборов примара. Так они могли бы нанести удар по социалистам и демократам, а местные выборы стали бы для них началом победоносного пути к парламентским выборам. Но позиционировав себя таким образом, правоцентристская проевропейская оппозиция проиграет, независимо от результатов референдума.

Пытаюсь понять, чем руководствовались проевропейские партии, заняв такую позицию, и предполагаю, что причиной тому было нежелание участвовать в игре социалистов. Но отстранение Киртоакэ не обязательно означает победу социалистов, потому что их конечная цель – заполучить столичную примэрию. Почему же тогда проевропейские партии не приняли решение, которое позволило бы им обернуть игру социалистов себе на пользу? Что помешало правоцентристской проевропейской оппозиции решить проблему руками социалистов? Точнее, почему она не позволила социалистам свергнуть Киртоакэ, а потом увести у них должность генпримара? Ведь столичный проевропейский электорат уже не раз доказывал, что способен на мобилизацию, и не отдаст так просто город левым партиям.

Допускаю, что правоцентристской проевропейской оппозиции попросту стало жаль Киртоакэ. Мне тоже его жаль, потому что после десяти лет работы в примэрии он попал в такую незавидную ситуацию. Также, считаю, что возбужденные против него уголовные дела скорее имеют политическую, нежели уголовную подоплеку. Но это не мешает мне смотреть дальше, чем другие. Точнее, бойкотируя референдум из жалости или солидарности с Киртоакэ, мы позволяем, чтобы городом и впредь из тени руководили демократы. Более того, если Киртоакэ останется на своей должности, в его делах останется политическая заинтересованность, и шансы на его приговор существенно увеличатся. Таким образом, бойкотируя референдум, мы, рядовые избиратели  оказываем Киртоакэ медвежью услугу, а проевропейские правые партии совершают огромную ошибку. 

Думитру Спэтару