О глубоком экономическом и демографическом кризисе последних лет мы говорили не раз. Сегодня необходимо ясно назвать одну из его прямых причин: энергетический кризис, катастрофически администрированный партией PAS.

Не война, не мировая конъюнктура, не «тяжёлое наследие», а вопиющая неспособность властей справиться с критическим моментом, через который прошла страна.

Пока другие государства действовали, чтобы смягчить удары, Молдову PAS бросила в самый эпицентр ценового хаоса без компаса, без стратегии, без какого-либо внятного плана.
И расплачиваемся за это все мы: десятки разорённых компаний, тысячи ликвидированных рабочих мест, экономика в рецессии и самая мощная волна миграции за всю историю страны.

Данные Eurostat ясны и не оставляют места для двусмысленных трактовок. В период 2022–2025 годов деловая среда Молдовы испытала самый сильный энергетический шок во всей Европе.

Разница между минимальным и максимальным тарифом на природный газ составила 7,5 раза. Ни одна другая европейская страна не проходила через такую ценовую пропасть. А если учесть разницу в ставках НДС — 8% в Молдове и 20% в Европейском союзе ситуация выглядит ещё драматичнее.

В числе стран с самыми большими энергетическими потрясениями мы не видим ни Германию, ни Францию, ни Италию. Там лишь хрупкие экономики Восточной Европы, и во главе этого позорного списка, Молдова.

Речь идёт не просто о цифрах. За этими графиками стоят тысячи обанкротившихся предприятий тех, что не выдержали искусственно раздутых счетов, хаотичных решений и полного отсутствия видения у тех, кто утверждал, будто умеет управлять кризисом подобного масштаба.
В 2022 году цена на газ для бизнеса достигла 1,58 евро за кубометр, более чем в семь раз выше минимального уровня в 0,21 евро/м³. Всего за год Молдову поразил взрыв издержек, который не выдержала бы ни одна здоровая экономика.

И как горькая ирония, сегодня, в 2025 году, Молдова платит самую высокую цену за природный газ среди всех стран Балкан: 0,76 евро/м³, наравне с Чехией и выше, чем в Румынии, Северной Македонии, Болгарии или Сербии.
Вместо того чтобы выйти из кризиса сильнее, мы вышли из него более уязвимыми, более задолжавшими и более зависимыми.

Энергетический кризис превратился в двигатель экономического и социального кризиса.
Когда энергия дорожает в семь раз, рушится не просто платёж рушится вся экономическая структура.
Далее последовал цепной эффект: рост цен на товары, падение конкурентоспособности, закрытие предприятий, снижение доходов, утрата рабочих мест.
И, неизбежно, отток молодёжи, потому что в экономике, задушенной издержками и нерешительностью, будущее становится роскошью.

О том, как проводились закупки газа, о непрозрачности и сомнительных решениях властей ещё будут говорить долго.
Возможно, однажды государственные институты найдут в себе мужество и независимость провести необходимые расследования.
А пока одно ясно: самый крупный энергетический шок в Европе не был случайностью. Это был прямой результат некомпетентности правительства.

И эта некомпетентность измеряется не только в евро за кубометр. Она измеряется людьми, которые уехали, заводами, которые закрылись, и надеждами, которые угасли.

Влад Филат, экс-премьер-министр Республики Молдова, председатель Либерал-Демократической Партии Молдовы