– Запрещать концессионеру [концессионной компании], а также любому другому лицу, запрашивать через или от имени концессионной компании доступ/управление к активам концессии или любой их части….

Это абсолютно ясный, недвусмысленный и логичный пункт. После расторжения договора владелец Аэропорта должен немедленно взять под свой контроль все его активы, чтобы не допустить незаконного присвоения имущества. Но учитывая, кто был концессионером, куда ушла значительная часть денег от эксплуатации критической инфраструктуры страны, и учитывая недавно объявленные международные санкции против преступной группировки, контролирующей Аэропорт, АПС давно должно было получить владение объектом со всеми активами и контролировать любую сделку от имени юридического лица», — сказал Слусарь.

Он упомянул, что ссылка на 180 дней неуместна, поскольку ст. 24 договора предусмотрено, что в течение МАКСИМУМ 180 дней должен быть составлен Акт приема-передачи по возврату имущества.

«То есть речь идет о проведении официальной юридической процедуры по возврату имущества. Данный пункт никоим образом не препятствует реализации договорных положений о немедленном взятии под контроль всех активов Аэропорта, особенно в условиях чрезвычайного положения. Пожалуйста, сделайте инвентаризацию, оценку, аудит, но под строгим контролем представителей собственника.

Мне жаль, что мы не видим жесткой позиции Правительства, которому подчиняется Агентство Публичной Собственности.

Любая трата, любая кража государственного имущества, которая теперь может произойти в аэропорту, будет совместной ответственностью АПС и исполнительной власти», — говорит Слусарь.